Когда-то давно одному итальянскому генералу пришла в голову идея – если взять тысячу бомбардировщиков, поднять их в воздух, сбросить бомбы на вражеские города, экономические и логистические центры – враг непременно сдастся, и победа будет неминуема. Звали этого генерала Джулио Дуэ.

В том или ином виде все воюющие страны Второй Мировой пытались воплотить эту идею – сразу, как только научились массово строить бомбардировщики, способные поднять достаточно серьёзную бомбовую нагрузку. Тогда же встал вопрос, как с этими бомберами бороться?

Истребители стали вооружаться пушками большего калибра. Появились специализированные войска ПВО, радары, самолеты, предназначенные для перехвата целей на больших высотах, и так далее. Бомбардировщики в ответ стали быстрыми и серьёзно вооруженными.

В общем, началась борьба между возможностью атаковать и возможностью предотвратить атаку.

Первыми и самыми простыми наземными средствами ПВО были зенитные орудия, переделанные из разного рода полевых пушек. Против относительно медлительных машин начала второй большой войны они были достаточно хороши, но с увеличением скорости и высоты бомбардировщика их эффективность падала – при том, что на малых высотах они продолжали быть полезными.

Из опыта Второй мировой войны появился совершенно новый тип оружия – зенитная ракета. Первыми до ума ее довели немцы, отчаянно искавшие способ борьбы с американскими и английскими «коробками» тяжелых бомбардировщиков. После войны этим оружием достаточно быстро обзавелись и американцы, и СССР.

Вассерфаль, первая зенитная ракета (фото-Википедия)

Первые ракеты обладали массой ограничений – на максимальную перегрузку цели, на область применения, и подходили в основном для борьбы с неповоротливыми ядерными бомбовозами. Но постепенно ракеты совершенствовались, и основной их целью становились не проигравшие конкуренцию баллистическим ракетам «стратеги», а новый класс целей – истребитель-бомбардировщик. Быстрый, маневренный, способный уклониться от ракеты и почти моментально изменить высоту полета. С его появлением непосредственно поражение противника осталось основной, но далеко не единственной задачей ЗРК. Наличие ракет ПВО вынуждало авиацию уходить на более низкие высоты (где вовсю работала ствольная зенитная артиллерия) и сильно снижало точность бомбометания (потому что летящий в тебя телеграфный столб несколько нервирует и всячески мешает прицелиться).

Противостояние зенитной ракеты и самолета началось во Вьетнаме. Американцы поначалу попытались применить там тактику «заваливания противника самолетами» - т.е. действовали большими группами «Тадов» (F-105) под прикрытием «Фантомов». Проблема была в том, что самолеты у американцев начали неприлично быстро заканчиваться. С этим надо было что-то делать, и в ход пошли различные ухищрения – средства РЭБ, новые тактики, специализированные эскадрильи прорыва ПВО («Дикие ласки»), противорадарные ракеты, и прочее – прочее. Хотя основные потери американцы несли не от ракет, а от все той же TripleA – ствольной артиллерии времен Второй мировой, на малые высоты (на которых AAA наиболее эффективна) американцев загнали как раз ракеты.

F-105 на подходе к цели

Следующий раунд противостояния случился на Ближнем Востоке. В 70-м году прибытие советских «туристов» смогло очень и очень сильно затруднить действия ВВС Израиля – они хоть и потеряли всего 5 самолетов, но операции над Египтом пришлось свести практически к нулю. В 73-м просчеты израильского руководства в начале войны привели к тяжелейшим потерям – за три дня из строя вышли почти 80 (из 400 имевшихся в наличии) самолетов, при этом значительная часть была потеряна безвозвратно. Обстоятельства боев с советскими зенитчиками в 70-м и кошмара 73-го заслуживают отдельного цикла статей, но сейчас речь не об этом.

Война 73-го года отправила командование ВВС Израиля и летчиков в нокдаун. Привычная картина мира (горящие арабские аэродромы, горящие арабские МиГи, горящие арабские задницы) погибла в разрывах ракет «Квадратов» и шквальном огне «Шилок». Некоторые эскадрильи «Скайхоков» и «Фантомов» потеряли до трети самолетов, и их летчики чувствовали себя так, как будто им на голову рухнуло небо. Про небо это цитата, если что.

Здесь надо понимать ещё один момент. Для Израиля (раз уж мы говорим о нем) ВВС – это не просто род войск. Это элита. Это мечта любого подростка. Долгое время их и воспринимали как некую «волшебную палочку», способную решать любую проблему.

Соответственно, до половины оборонного бюджета уходила на летчиков.
Нельзя сказать, что проблемы начала войны 73-го года были внезапны - было несколько достаточно изящных планов уничтожения арабской системы ПВО – предполагалось, что сначала ВВС в течение 1-2 дней расправится с ракетными комплексами, а потом сметет арабские армии на земле. Проблема в том, что этих нескольких дней у них не было – в итоге спасать страну пришлось в условиях противодействия чуть более чем дееспособной ПВО и бардака в штабах с соответствующим результатом.

Сирийские солдаты фотографируются с результатами плохого планирования

В общем, все то, что произошло в 82-м году – прямое следствие тяжелых потерь Войны Судного дня. Рассматривать события в Ливане в отрыве от тяжелых потерь первых дней Войны Судного – примерно то же, что рассматривать причины Второй мировой войны в отрыве от Первой.

Уже после 74-го начались серьезные структурные изменения. Из тех, которые касались именно задач SEAD (т.е. подавления ПВО), можно отметить следующие:

• Реорганизация разведки ВВС. Фактически, уже с 74-го года было понимание, что нужно стремиться к работе «в режиме реального времени». Из него вытекал следующий пункт –
• Увеличение роли беспилотной авиации – фактически, существенную долю задач разведки перенесли на БПЛА – в основном наиболее опасную. Мне несколько раз встречалась информация о том, что в 82-м году беспилотники использовались также в качестве носителя средств РЭБ/РТР, но с уверенностью об этом говорить сложно. Технически такая возможность вполне существовала.
• Огромное количество новых разработок в области радиоэлектронной борьбы. Возможности ВВС в 73-м и 82-м отличались как небо и земля. Можно уверенно сказать, что это была наиболее эволюционировавшая с 73-го года область.
• Подготовка летчиков. После 73-го года «фокус внимания» ВВС окончательно переместился с небес на землю. Для многих летчиков «поколения Войны Судного дня» основной целью было сбить вражеский самолет. Отбомбиться – да, хорошо, но «задачей для настоящих мужчин» считался именно воздушный бой. После 73-го года такое восприятие начало меняться.
Отбор на летный курс существенно ужесточили. Хотя, казалось бы, куда еще дальше? Искали наиболее психологически устойчивых и твердых кандидатов. Некоторый комизм был в том, что многие молодые израильтяне, не прошедшие отбор в летный состав, уходили служить в различный спецназ, столь высоки были требования к летчикам.
• Обучение борьбы с ЗРК на всех этапах подготовки летчика – в летной школе, на курсах боевого применения, в эскадрилье. Многие из тех задач, которые стали «классическими» для послевоенного поколения, до 73-го года были второстепенными. Например — защита собственных аэродромов.
Для имитации арабских ЗРК было создано целое наземное подразделение и несколько специальных «площадок» в пустыне Негев. Важно было научиться работать в режиме реального времени, и научиться можно было только на «живом» примере. Классическим способом преодоления ПВО того времени была отправка достаточно большого количества самолетов с неуправляемым бомбами и противорадарными ракетами. Сам этот способ порождал несколько проблем:

1) Разведка. Обнаружение позиций ЗРК возможно двумя основными способами – при помощи авиаразведки (более точное) и средств радиотехнической разведки (менее точное). В обоих случаях, аппарат, проводящий разведку, подвергается существенной опасности.
2) Подход к цели. Выход к цели на больших высотах подставляет ударную группу под ракеты ПВО и лишает фактора внезапности, на малых высотах – группа попадает под огонь ПЗРК и ствольной артиллерии.
3) Подтверждение успешности атаки. Для того, чтобы гарантированно уничтожить цель, нужно было отправить не одно, а 2-3 звена, что существенно увеличивало нагрузку на ударную авиацию.

Именно возможность перераспределять задачи ударных звеньев непосредственно в воздухе стали одной из главных «фишек» израильтян в 82 году – фактически, благодаря беспилотникам с телекамерами, за действиями ударной авиации стало возможно наблюдать «в режиме реального времени» - с точки зрения управления авиацией это было настоящей революцией.

Другой революцией были средства РЭБ – в Войну Судного дня они были представлены главным образом наземными станциями и вертолетами постановки помех («Катеф»), а те же диполи нередко возили в воздушных тормозах. В 82-м году все это казалось смешной архаикой – ВВС обзавелись специализированными самолетами (на базе 707 Боинга и «Аравы»), вертолетами, подвесными контейнерами и кучей других вещей, многие из которых до сих пор чуть более чем секретны. В итоге, они просто парализовали работу наземных и авиационных РЛС сирийцев.

И это только самое важное – появились управляемые бомбы, новые ракеты, и огромное множество других интересных штук. Как правило – американского производства, но существенно доработанных в самом Израиле. Почему доработанных? «Из коробки» с точки зрения израильтян они были весьма паршивы, а после напилинга – ничего, можно успешно воевать. Одним из ярких примеров такого рода доработок были новые «Маверики" и проект Purple fist. В общем, в течение 9 лет огромное количество людей в ВВС было одержимо идеей реванша за 73-й год. Мало кто сомневался, что такой случай представится. В итоге, так и получилось.

Иногда говорят, что в основе каждой большой победы лежит болезненное поражение. Бекаа-82 - не исключение. Сегодня мы поговорим об одном таком.

Многие люди по неизвестной мне причине пребывают в уверенности, что евреи всегда побеждали арабов. Легко и непринужденно. “Арабы не вояки” говорят они. Мне всегда казалось, что Гиват-ха-Тахмошет, Карамэ, Китайская ферма и Долина слез, доказали обратное. Но нет. Приведем еще один пример.

7 июня 1973 года, на второй день Войны Судного дня, примерно 40 экипажей смешанной ударной группы трех израильских эскадрилий “Фантомов” (201, 69 и 107й) подняли в воздух свои самолеты. Задача казалась простой - избавиться от нескольких батарей сирийских “Квадратов”, осложняющих жизнь израильским штурмовикам - “Скайхокам” на Голанах.

План был такой - на малых высотах подойти к батареям, набрать высоту, обнаружить позиции ЗРК, отбомбиться и уйти. Но, как водится, гладко было на бумаге. Из-за тотального бардака начала войны, вертолеты РЭБ остались на Синае, а эскадрилью ложных целей - беспилотников просто забыли (!) предупредить об изменившемся времени атаки - в итоге они отстреляли в никуда. Для полного счастья, маршрут ударных групп пролегал через узел сирийской ствольной ПВО одной из бронетанковых дивизий.

Но самое главное выяснилось уже на месте. Израильские пилоты с удивлением обнаружили, что предполагаемые позиции батарей ЗРК просто - напросто ПУСТЫ. Да, за ночь мобильные “Квадраты” сумели переместиться существенно ближе к линии фронта.

Операция закончилась катастрофой. Два “Фантома” были сбиты на подходе к цели. Два - над целью. Два - при отходе от цели. Что характерно, все - “Шилками” или ствольной артиллерией. Ситуация в какой-то момент стала настолько критической, что один из штурманов “Фантома” просто катапультировал себя при близком разрыве ракеты - что характерно, пилот довел поврежденный самолет на аэродром. Через 10 дней он погиб на Синае - возможно, штурману стоило катапультировать их обоих.

Шесть “Фантомов” превратились в факелы на земле. Десять других - тяжело повреждены и не могут лететь. Еще дюжина - быстро вернулась в строй. Девять человек, летчики и штурманы, меняют офицерское общежитие на карцер сирийской тюрьмы.

Двое, лучшие из лучших, погибли.
Результат операции? Выведен из строя один (!) дивизион С-75.
Провал? Провал. Как так получилось?

Ответ просто - операцию просто-напросто чудовищно плохо спланировали. Впопыхах. Черти-как. Начавшиеся в процессе выполнения проблемы только усугубили ситуацию. Первая волна “Фантомов” пошла, не попала, потому что целевой батареи не было на месте, а данные фоторазведки просто отсутствовали. В итоге один не попал, другого сбили по дороге, а третий сбросил бомбы не туда, потому что думал не так, как надо было. И так далее.

Проблемы были во всем - начиная с разведки (в день операции стояла низкая облачность - при подготовке маршрутов руководствовались фотосъемкой предыдущего дня), и заканчивая отказом отдать инициативу в планировании в эскадрильи. Штаб ВВС отступил от привычного подхода “с нас задача - с вас решение” в пользу «я начальник, я так вижу». Результат не замедлил проявиться.

Собственно говоря, провал этой операции (называлась они “Дугман-5”) и лег в основу многих из тех процессов, которые привели к реформам и грандиозному успеху 82-го года. Если бы тот налет удался - возможно, ВВС почивали бы на лаврах еще довольно долго.

Кстати. А как вообще в те времена боролись с ЗРК?

С того момента как американцы во Вьетнаме поняли, что ракеты создают слишком много проблем, они начали придумывать средства борьбы с ними. В ход пошли разные тактические ухищрения, специализированные эскадрильи борьбы с ЗРК, средства РЭБ и так далее. И вся эта война становилась все хитрее и хитрее.

Так сложилось, что в разработке ЗРК лидировал СССР, а в авиации лидировали США. Не всегда, не везде (в СССР, например, была масса весьма совершенных авиационных средств РЭБ и отличных самолетов), но в большинстве ситуаций это было верно.

Собственно, подход к уничтожению ПВО в 70-х выглядел следующим образом:
1) Обнаружить местонахождения комплекса и идентифицировать его. Как правило, эту задачу возлагали на самолеты фоторазведки и чуть позже – на беспилотники и средства РТР.
2) Атаковать цель – одним или несколькими звеньями истребителей-бомбардировщиков.
3) Подтвердить результат атаки средствами из п.1, при необходимости повторить.

Понятно, что противник - не дурак, что свои батареи ЗРК в такой ситуации он будет всячески защищать – в ход пойдет зенитная артиллерия, расчеты ПЗРК, оборудованные ложные позиции, и так далее. Вообще ЗРК (и пусковые, и станции наведения) найти не всегда просто - он, зараза такая, часто не излучает и может быть хорошо спрятан.

Вообще, у защищающейся стороны в такой ситуации есть только одна проблема – инициатива будет гарантированно на стороне противника – именно он будет решать, где и когда нанести удар. Это заставляет обороняющихся держать существенный наряд сил в постоянной боевой готовности, что в целом тоже не здорово.

А дальше начинаются чистой воды шахматы. Потому что, еще раз, бойцы ПВО не будут ждать, когда к ним прилетит волшебник в самолете с пяти (или шести)-конечной звездой и кинет на них бомбу. Противник тоже жить хочет и будет всячески мешать себя уничтожить.

Задача авиации – прорваться к ЗРК/охраняемому объекту и уничтожить их. Задача ПВО – не дать им этого сделать, и по возможности – сбить атакующего.

В начале 70-х было два основных подхода – или работать на малых высотах, пользуясь внезапностью, или на средних, под прикрытием помех. Оба способа имели свои плюсы и минусы.

Главный плюс малых высот – внезапность удара и малое время нахождения в зоне поражения. Минус – самолет на таких высотах представляет собой фантастически хорошую цель для ствольной зенитной артиллерии.

На бОльших высотах все несколько иначе. Самолет недосягаем для эффективного огня орудий ПВО с земли – но представляет собой отличную цель для ракет. Можно надеяться на средства РЭБ и зенитные маневры – но будут ли они эффективны.

До начала Войны Судного дня основным способом атаки позиций ПВО был подход на малых высотах с последующим ударом с кабрирования (методы «Кела» и «Хатаф»). «Шилки» и ЗСУ 2-23 внесли большие коррективы в этот план. Стало понятно, что малые высоты стали смертельно опасными для ударной авиации. Средние и большие высоты уверенно перекрывались ЗРК – «Квадратами», С-75 и С-125, огромное количество которых было поставлено арабам Советским Союзом.

Проблема? Проблема.

Во время Войны Судного дня израильтяне для ее решения часто применяли сложные и смешанные тактики – часть самолетов демонстративной группы постоянно держала расчеты арабских ЗРК в постоянной готовности, часть – блокировала аэродромы истребителей. Первая волна самолетов с кабрирования бомбила позиции ствольной артиллерии, чтобы заставить их расчеты «пригнуть головы» и дать возможность второй волне прорваться к цели. Тут в ход шли противорадарные ракеты, кластерные бомбы и прочие средства уничтожения себе подобных.
Получалось очень так себе.

Кстати о противорадарных ракетах. Вопреки расхожему мнению, их основной целью являлось не столько поражение постов РЛС, сколько отвлечение их расчетов на собственное выживание. Расчет станции наведения ЗРК тоже хочет жить, когда в него летит ракета - и часто выключает радар. Или использует иные способы противодействия.

Короче, на каждое действие есть свое противодействие. Как я уже писал, после Войны Судного дня, в которой израильтяне понесли большие потери от действий ЗРК, стало понятно, что подходе к борьбе с ПВО надо менять – потому что еще одной такой войны ВВС могут не потянуть - а тысяч самолетов, как у американцев, у них нет.

В 74-м разобрались в произошедшем. В 75-м начали думать, что делать. Выводы весьма и весьма делают честь израильтянам. Они в итоге пришли к одному очень грамотному выводу.

При помощи отдельных, даже самых совершенных средств, войну не выиграть. При помощи одних только новых тактик - тоже. Управляемые бомбы, ракеты, подвесные контейнеры - все они не гарантируют победы. Новые самолеты, сколько угодно хорошие, при бездарном применении - просто мишень (иранцы и саудиты это уверенно доказали и не собираются останавливаться).

Ты можешь обладать лучшими платформами - но для победы нужна интеграция всех систем в одну. Потому что только когда подготовленные пилоты получат новое оружие, новые самолеты, когда наводить их на цель будут в режиме реального времени - тогда они будут практически непобедимы.

В общем, со скучной но необходимой теорией на сегодня закончили пора поговорить о заклятых друзьях израильтян - сирийцах. О том, как они собирались воевать. И об одном фундаментальном различии между ними и израильтянами - возможно, самом важном и определяющим.

До этого момента мы говорили в основном об Израиле и авиации - но рассказ об арабо-израильских войнах без подробного упоминания арабов это как свадьба без невесты - или немного странно, или вообще противоестественно. Или как реконструкция Второй мировой без немцев, тоже то еще извращение.

Я не хочу вдаваться в детальное описание каждого комплекса, стоявшего на вооружении сирийской армии - я в первую очередь хочу описать несколько основных закономерностей, с ней связанных.

Во-первых, сирийская армия (и в особенности - авиация и ПВО) комплектовались достаточно разнородными по стране - производителю комплексами, что отличало ее, например, от советской армии (а ещё её отличало то, что комплектовалась она арабами, но это частности). Например, на вооружении сирийцев Ми-24 (не успели повоевать в Ливане) успешно соседствовали с франуцзскими “Газелями”, которые ухитрились стать наиболее “проблемным” для израильтян сирийским летательным аппаратом в той войне. Инструктора в Сирии тоже были из разных стран, в основном социалистических, не только из СССР.

Во-вторых, Союз как правило не поставлял арабам самую современную технику. Надо сказать, что американцы тоже не рвались давать Израилю лучшее оружие. Проблема в том, что израильтяне придумали достаточно сложный способ убедить американцев - они просто начинали делать свое вооружение сопоставимого качества (примеров - море, здесь и мертворожденный проект заменителя F-16 “Лави”, и “Пайтоны” с “Шафрирами”, и много других менее известных платформ и систем).

Сирийцы так делать не могли - а потому получали устаревшие приблизительно на 5-15 лет комплексы. Были исключения - например, МиГ-25 сирийцы получили одними из первых, но и тут не обошлось без подвоха - именно несовершенное экспортное БРЭО в реальных боях стоило им 2 самолетов.

С “Квадратами” и РЛС была похожая история. В принципе, комплексы были неплохие. Проблема в том, что они имели крайне паршивую помехоустойчивость, и в серьезной обстановке работать просто не могли. Но тут есть один очень важный момент.

Никто тогда толком не знал, какие возможности есть у израильтян. Никто не предполагал, что они окажутся грамотнее американцев. Никто не предполагал, что сирийцам уже тогда нужно поставлять лучшее, что было в Союзе. Возможно, тогда были — бы какие-то шансы.

Собственно, на начало 82-го года у сирийцев было около сотни советских радиолокационных станций, в основном - не самых современных. В Ливане основными станциями были П-12, П-15 и П-14Ф. Из них только П-15 (“Тропа-М” 59-го года первых модификаций) имела сколь-нибудь пристойную помехозащищенность. Из станций РТР были простые и достаточно понятные не обремененному навыками пользователю ПОСТ-3М - тоже к тому моменту устаревшие и не вполне пригодные для сопровождения большого числа целей. Тем не менее надо отметить, что первыми в ходе операции 8-9 июня были выбиты именно обзорные РЛС, дававшие сирийцам представление о ситуации в небе над Ливаном. С их потерей последние практически ослепли - даже последовавший удар по КП истребителей под Баальбеком не нанес сирийцам такого вреда. Но об этом тоже потом.

РЛС П-15, рабочая лошадка сирийских РТВ

Некоторый эффект имели станции РЭП Р-386 (“Терек”) и Р-381 (“Таран”) - несмотря на то, что израильские источники часто пишут о том, что связь самолетов с КП обладала высокой помехозащищенностью, летчики часто говорили об обратном. Особенно много проблем “глушилки” создавала “Фантомам” и “Скайхоком” второй и третьей ударных групп, но об этом мы поговорим позже. Вообще, сирийцы конкретно так пытались подавить каналы наведения истребителей с Е-2 и земли - повторюсь, некоторый эффект от этих действий был.

Вообще, в части аппаратуры была та ещё сборная солянка, что при не самой высокой квалификации конечных пользователей и некотором бардаке с восточным колоритом сводила конечный эффект к нулю.

Что касается непосредственно зенитно-ракетных дивизионов, тот тут ситуация подобная. Экспортные “Квадраты” первых модификаций, С-75, С-125. Все эти комплексы были прекрасно знакомы израильтянам, захватывались ими (по частям и целиком) и ничего нового для противника не представляли. Израильтяне отлично представляли их возможности, уязвимости, частоты работы и так далее.

Израильская же техника для сирийцев была “терра инкогнита” - они до последнего момента крайне слабо представляли, с чем вообще столкнутся. Вообще, здесь должны были помочь советники - но они, скорее всего, тоже слабо представляли возможности противника.

Пожалуй, наихудшая ситуация для сирийцев сложилась в части самолетов - почти сотне новых F-15 и F-16 они могли противопоставить одну (!) эскадрилью МиГ-23МС (крайне паршивый самолет с большими лапками и небольшой полезностью) и МФ (чуть лучше, но до F-16 и МЛД ещё далеко). Плюс все эти модификации были экспортными - с понятно урезанными возможностями БРЭО.

Основу истребительной авиации сирийцев составляли … все те же МиГ-21 различных модификаций, в основном МФ. В 73-м году это был хороший самолет. В 82-м он безнадежно устарел и часто переходил в разряд пилотируемой мишени.

Но самым главным недостатком сирийских вооруженных сил было другое. В отличие от израильтян, у них не было той самой системы, интеграции платформ между собой. Каждый дивизион воевал сам по себе. Связь между батареями отсутствовала.

По идее, в решении этой проблемы и должны были помочь советники из СССР, в огромных количествах направленные в братскую арабскую республику. По идее, если бы им удалось наладить сопряжение комплексов, выстроить взаимодействие между дивизионами, заставить наконец арабов маневрировать, как им это неплохо удавалось в 73-м году, донести до них угрозу дронов … все могло сложиться и не так плохо.

У меня есть только одно объяснение на этот счет. Большинство в контингенте советников в частях ПВО составляли выходцы из войск ПВО СССР, при этом работать они были вынуждены в основном с комплексами ПВО армии, а это несколько другая истории и другая “философия” ведения войны. Ну и плюс советские ветераны практически открытым текстом говорили, что множество советников были не самыми грамотными, а самыми политически надежными. Ну и это не удивительно …

Подводя итог - сирийские вооруженные силы были оснащены по последнему слову советской экспортной техники, с весьма посредственными характеристиками и крайне паршивой помехозащищенностью. Сирийцы, в отличие от израильтян, сковывали инициативу "на местах" и даже близко не имели сложившейся в ВВС Земли обетованной культуры открытости и признания ошибок. Зато очень любили очковтирательство.

Как говорит нам Википедия, Первая Ливанская война началась 6 июня 1982 года. Поводом для вторжения израильтян в Ливан стало покушение на посла этой страны в Лондоне Шломо Аргова (он выжил, но остался инвалидом). После этого израильские лидеры решили таки перейти от агрессивной риторике к агрессивным действиям в отношении боевиков Арафата на юге Ливана. Самое смешное (если тут вообще может быть что-то смешное) - то, что к покушению на Аргова Арафат был вообще не причастен. Его организовала организация Абу Нидаля - враги и конкуренты Арафата.
Для понимания, до появления Бен Ладена он считался опаснейшим террористом на планете. По скорости устранения деятелей ООП он вполне мог соперничать с Моссадом - где-то половина организованных им терактов была направлена против арабов. Среди жертв - дипломаты из Эмиратов, Кувейта, Сирии, Иордании, Англии, заместитель Арафата, и множество рядовых членов ООП. Серьезно, часто в организованных Абу Нидалем терактах арабский мир обвинял Моссад, который нередко был в недоумении - кто же убил очередного Абу ибн Бабаха?

Другой, и гораздо более серьезной причиной начала войны были постоянные обстрелы севера Израиля боевиками ООП. Дошло до того, что жить во многих городах стало невозможно, проще уже поселиться в бомбоубежище и не вылезать из него. Производство встало, жизнь - тоже, финансовые потери для небольшой страны были огромными.

Велись обстрелы реактивными системами залпового огня, тяжелой ствольной артиллерией и большим количеством минометов, а сами бойцы проходили обучение в Сирии, ГДР, СССР и других странах советской оси. С удовольствием любую помощь арабским братьям предоставляли сирийцы - так у ООП появились танки, огромное количество ПЗРК и почти неограниченные боеприпасы.

В политике Израиля также произошли существенные изменения. Главное - премьер-министром Израиля стал первый за всю его историю не-социалист, бывший террорист подмандатной Палестины номер один, Менахем Бегин. МИД возглавлял другой бывший террорист и сотрудник Моссада, бывший лидер ЛЕХИ - Ицхак Шамир. Его предшественнику, кстати, был никто иной как одноглазый Моше Даян. Такие вот дипломаты, с большим опытом агрессивных переговоров. В общем, это были весьма решительные люди - еще в первых месяцах 82-го года Бегин предложил правительству, чтобы случае провокации палестинцев начать большую операцию в Ливане - но политики не смогли прийти к окончательному решению и зависли на обсуждении того, что же считать провокацией.

Итак, после покушения на Шломо Аргова Израиль решает окончательно избавиться от рассадника терроризма на северной границе самым простым способом - выжечь Южный Ливан силами Цахала. Начинается мобилизация, призываются резервисты, всех имеющихся летчиков - милуимников сдергивают с основной работы и вызывают в родные эскадрильи. У некоторых это вызывало довольно забавные эмоции - блин, скоро экзамены, а тут война - как не вовремя, как не вовремя …

Теперь правительству было необходимо принять решение - как именно воевать. До начала войны генштаб разработал несколько возможных планов под общим названием “Сосны”. План “Малые сосны” (“Ораним Катан”) подразумевал вторжение в Ливан на 40 километров, зачистку территории от ООП и создание там своего рода буферной зоны - такой большой вариант операции “Литани” 4х летней давности.

План “Большие сосны” (“Ораним Гадоль”) преследовал две основных стратегических цели - молниеносное соединение с фалангистами в Восточном Бейруте и в Ливанских горах и появление в Ливане мощной дружественной политической силы. В итоге, правительство приняло именно первый, “малый” план - хотя в итоге после долгих обсуждений в последний момент был реализован именно второй. Почему он не был принят сразу? Потому что бардак и израильская политика.

Есть мнение, что реальный план Шарона (министра обороны в 82-м) был еще хитрее - он предполагал изгнание палестинцев из Ливана назад в Иорданию (!), причем руками не евреев, но христиан. С дальнейшим созданием именно там палестинского государства. Вариант, идеальный для всех, кроме иорданцев. По ряду причин Шарон не транслировал этот хитрый план Бегину, бегавшему для подтверждения каждого своего чиха в кабинет министров своего правительства, а предпочел сделать все тихо. Достоверных подтверждений этому нет, но версия весьма популярная.

Схема израильского наступления

В итоге, до последнего момент не было понятно, как будет развиваться ситуация. Не было понятно, что предпримут сирийцы - в Израиле никто кроме совсем уж отмороженных ястребов не хотел новой большой войны с ними. Предполагалось, что сирийцы сами и под давлением американцев покинут 40-километровую буферную зону. Правда сирийцев об этом спросить как-то забыли.

4-го июня была объявлена тревога по сирийским ВВС, и с того момента сирийские истребители регулярно появлялись над Ливаном - главным образом над северными и центральными районами. На юге действовали израильтяне - и обе стороны до определенного момента стремились не нагнетать обстановку. Долго так продолжаться не могло - и начало боев было вопросом времени, тем более что израильтяне регулярно появлялись в районе Бейрута, и севернее - до поры до времени избегая только долины Бекаа с ее “зонтиком” ПВО..

В ночь на 6-го июня ВВС начали подготовку к наступлению - например, с воздуха были заминированы подходы к Бофору, который планировалось взять силами разведроты бригады Голани на следующий день. Тогда-же ночью вертолеты при поддержке "Скайхоков" атаковали известные артиллерийские позиции, огонь с которых мог помешать продвижению войск.

6-го июня после шквального удара авиации по палестинским лагерям “беженцев” и местам сосредоточения террористов, ЦАХАЛ отправился зачищать Ливан. Поначалу все шло неплохо - палестинские батальоны неплохо воевали с такими же как они парамилитарными формированиями маронитов, но были смяты танковым катком трех дивизий израильтян в течение суток.

Тогда же ВВС понесли первую и единственную свою потерю в реактивных самолетах в ходе войны (блджад, да, арафатовцы сбили больше израильских самолетов чем все сирийское ПВО!!) - ПЗРК “Стрела” был сбит “Скайхок” 115-й эскадрильи - его пилот Аарон Ахиаз, ветеран Войны Судного дня совершил грубейшую ошибку - после неудачного первого захода вместо того, чтобы набрать высоту и скорость и зайти с нового направления на цель - попытался быстро развернуться и атаковать снова, и в итоге был сбит и попал в плен.

«Доказательство жизни» Аарона Ахиаза

Предполагалось, что сирийцы не будут ввязываться в войну. Однако получилось иначе. Уже на 7-го июня на 2-й день операции произошло первое столкновение в воздухе - над Бейрутом F-15 Офера Лапидота, сына будущего главкома ВВС Амоса Лапидота, второй ракетой (первая “Спэрроу”, как водится, промахнулась) сбил МиГ-23МФ майора сирийских ВВС Али Халляка, косо посмотревшего радаром в сторону группы “Фантомов”. Сирийцы утверждают, что перед этим майор сбил пару F-16, но есть очень большое подозрение, что эти два самолета в тот день вообще не встречались.

Вообще, воздушные бои над Ливаном в тот момент представляли собой достаточно странное зрелище. При всей специфике “арабского” менталитета сирийцы долгое время не испытывали иллюзий относительно исхода прямого столкновения с новыми израильскими истребителями и их старыми пилотами, причем что было для них страшнее - тот еще вопрос. А потому до войны 82 года перед сирийскими летчиками ставилась в первую очередь задача срывать удары израильтян, не вступая в бой на невыгодных для себя условиях. В тот момент, когда израильтяне выводили ударные “Фантомы” и “Скайхоки” в “зону ожидания” над морем, чтобы освободить небо для F-15 и избежать ошибок в идентификации целей - сирийцы уходили в свое воздушное пространство. Часто после этого израильтяне уже не успевали возобновить налет и уходили по остатку топлива. В общем, сирийская тактика действительно какое-то время работала, но долго продолжаться это не могло.

По-сути, сирийские летчики МиГ-21 раз за разом совали голову в пасть льва и с истинно восточным фатализмом рассчитывали на то, что всегда успеют достать ее вовремя.

История столкновений 79-82 годов (до 6 июля)

С началом войны у сирийцев не было возможности придерживаться их любимой тактики - израильские налеты были слишком частыми и интенсивными, чтобы “напугай и беги” приносила хоть какой-то результат.

Сирийцам приходилось сражаться. А тут вырисовывалась проблема - огромный качественный разрыв (и в летчиках, и в самолетах) сводил к нулю возможность вести бой на равных. А плана "Б" у них не было. Точнее, советники из СССР предлагали некоторые идеи, но от "гениальности" многих из них у более адекватных советских коллег (и их сирийских подопечных) волосы вставали дыбом.

8-го июня несмотря на все предупреждения израильтян, части сирийской 1-й танковой дивизии начали занимать позиции южнее озера Карун в долине Бекаа для того, чтобы заблокировать израильское наступление в направлении Захле - крупного анклава христиан. Занятая ими территория находилась внутри 40-километровой “буферной зоны”, которую израильтяне планировали занять. В принципе, с этого момента столкновение стало неизбежным.

В этот момент израильское правительство наконец утверждает план “Большие сосны” - только в гораздо худших условиях, чем планировалось изначально, фактически - без фактора внезапности. Теперь достижение его основной цели - шоссе Бейрут - Дамаск - существенно осложнялось.

В общем, 8-го июня на сирийцев обрушились авиация и танки, превосходство в которых у израильтян было колоссальным. Тогда же, 8-го июня, четверка “Дефендеров” выбила сирийскую РЛС в Дамуре (прибрежный город южнее Бейрута), "Фантомы" уничтожили истребительный командный пункт ВВС Сирии под Бейрутом и 2 из 3 основных РЛС, дававших какую-то информацию сирийцам. После этого, сирийцы вообще перестали видеть всё, что происходит в воздухе западнее Ливанского хребта - то есть всё кроме долины Бекаа. Последнее, как мы понимаем, временно.

ирийцы бросили в бой ударные МиГ-23БН и “Газели”, первые действовали бестолково и особых проблем не создавали, а вот вторые изрядно нагадили израильским танкистам. Вообще, можно сказать что именно “Газель” была наиболее эффективным сирийским летательным аппаратом всей войны (не считать же таковым советское катапультируемое кресло?) - сказалось подавляющее качественное превосходство израильтян в воздухе. Уже с первых дней стало понятно, что для ВВС это будет не война, а избиение - 9 лет назад соотношение побед и потерь в воздухе было порядка 1:10 - чего можно было ожидать, когда израильтяне пересядут с “Миражей” и “Фантомов” на F-15 и F-16?

Восьмого же июня начались интенсивные совещания насчет того, что с сирийским ракетным щитом в Бекаа надо что-то делать. Он слишком сильно ограничивал поддержку авиации - без нее войска, атаковавшие сирийцев, понесли бы слишком большие потери. К тому-же, под прикрытием ЗРК разворачивались сирийские подвижные соединения.

План атаки батарей к тому моменту был отработан в мельчайших подробностях, все технические средства были многократно протестированы. В общем, ВВС находились в волнительно-радостном предвкушении мести за предыдущую войну.

Изначально, удар по батареям планировался именно 8-го числа. Были назначены летчики, получены боевые задачи, самолеты загружены в наиболее подходящую конфигурацию для борьбы с ПВО. Но решение о начале операции было принято после долгих споров в кабинете Бегина - слишком поздно, чтобы успеть выполнить задачу до конца светового дня. Потому атаку перенесли на один день.

С утра подняли беспилотники, произвели доразведку. “Квадраты” оставались на прежнем месте. В штабе ВВС определили порядок действий и наиболее приоритетные цели. Банк целей пополнился после нескольких разведывательных вылетов БПЛА.

Список задач спустили в эскадрильи.

ВВС были в шаге от того, чтобы войти в историю.

201-я эскадрилья "Фантомов" готовится к вылету. Ее комэск Ави Барбер был одним из сбитых во время неудачной операции по подавлению ЗРК в начале Войны Судного дня (Дугман-5) и попал в плен.

Итак, "сегодня" - 9 июня 1982 года. На часах - 4 утра. Подходит к концу совещание командования Северного военного округа, с участием начальника Генштаба Рафаэля Эйтана и минобороны Ариэля Шарона. На повестке дня - уничтожение сирийского зонтика ПВО в Бекаа - и полномасштабная война с сирийцами в Ливане. Есть два основных варианта - уничтожить ПВО в Бекаа целиком или ограничиться парой батарей, чтобы создать давление на сирийцев. Принимают первый вариант.

Командование ВВС получает “добро” на атаку. Политики приняли решение - теперь дело за летчиками.

Рано утром несколько беспилотников производят разведку позиций ЗРК в Бекаа. С вечера 8-го июня ничего не изменилось, сирийцы остались на прежних позициях в прежнем составе - 15 дивизионов “Квадратов”, 2 дивизиона С-75М, 2 дивизиона С-125М. Все вместе - три бригады “Квадратов” и одна смешанная. К слову, в Ливане было больше трети ВСЕХ “Квадратов” сирийцев - 15 дивизионов из 41. Кроме этих 15, еще 5 дивизионов было “на подходе” на границе с Ливаном. Но - на сирийской части границы, а потому удар по ним не наносился.

Примерный план операции

Кроме средств ПВО зенитно-ракетных войск, в Бекаа было огромное количество разного рода армейского ПВО - наибольший интерес для израильтян представляли SA-8 (ОСА-АК). Кроме них было порядка 50 “Шилок” и 400 орудий ПВО и расчетов ПЗРК.

Серьезные силы? Безусловно. Если не вникать в детали. Во-первых, при очень высокой плотности боевых порядков, “Феда” была зажата между двумя горными хребтами в прямоугольнике 30 на 28 километров, при отсутствии обзора за ними. То есть фактически сирийцы были у израильтян как на ладони, при этом сами они до последнего момент не могли обнаружить атакующие самолеты. К тому-же, массив Ливанских гор крайне негативно влиял на радиолокацию, и сам по себе отраженный сигнал создавал достаточно неприятные помехи. Во-вторых, радиолокационное обеспечение (то есть поиск и идентификация целей) осуществлялись автономными средствами разведки дивизионов - станции управления и наведения светили во все стороны и излучали как новогодняя ёлка. В-третьих, ЗРК каждой из четырех бригад управлялись с КП этой бригады, причем связи между КП не было (!).

Как только командный пункт бригады, приоритетная цель для израильтян, вскрывался средствами радиотехнической разведки и выводился из строя (а это реально был вопрос времени, как правило - часа) - батареи ЗРК оставались предоставлены сами себе. В общем, бестолково организованное боевое управление и отсутствие хоть какого-то сопряжения ЗРК КРАЙНЕ СУЩЕСТВЕННО снижало потенциал всей группы.

Часто пишут, что операция началась в 14:00. Это не совсем точно. На 14:00 назначили собственно атаку - а подготовка к ней началась существенно раньше - можно даже сказать, что операция началась 8-го июня, когда вертолеты уничтожили 2 РЛС П-15 в Дамуре. Кстати, про время. Одной из причин выбора времени можно назвать положение солнца - оно как-раз находилось в зените. С учетом того, что в 82-м году израильские ударники как правило работали из глубокого пикирования со средних высот, это было осмысленно. До начала атаки свои позиции заняли самолеты обеспечения - 707 “Боинги”, переделанные в самолеты постановки помех и радиотехнической разведки заняли позицию над Средиземным морем на траверзе Бейрута. Вскоре к ним присоединились взлетевшие из аэропорта Лод самолеты ДРЛО E-2 “Хокай” и “Аравы” - израильские военно-транспортные самолеты, переделанные в постановщики помех. Этим самолетам предстояло сыграть едва ли не ключевую роль в надвигающихся событиях.

На авиабазах, радарных станциях, станциях постановки помех на Голанах, командных пунктах кипела работа. План был следующий:

Приблизительно в 13:30 стартует первая группа “Скайхоков”. Эти машины были практически невооруженными и несли по паре “Шимшонов” - летающих ложных целей, создающих на экране радара отметку полноценного самолета. У запуска ложных целей было две основных задачи. Главная - заставить сирийцев потратить ракеты, чтобы к моменту появления израильских самолетов большая часть пусковых перезаряжалась и не была готова к пуску. Второстепенная - заставить станции управления и наведения батарей “Квадратов” излучать - для того, чтобы выпустить по ним огромное количество противорадарных ракет. В тот момент, когда “Шимшоны” стартовали, в воздухе уже была вторая волна самолетов, в основном “Фантомов”.

Приблизительно в 14:05 под воздействием мощнейших помех, генерируемых самолетами, вертолетами и наземными станциями на Голанах, большинство сирийских станций наведения ЗРК и сирийских РЛС оказались ослепленными. Радиолокационные станции сантиметрового и дециметрового диапазонов были подавлены вкруговую, а для РЛС метрового диапазона секторы эффективного подавления составляли 45-50 градусов - этого было достаточно.

В итоге, радиолокационное поле над Бекаа временно перестало существовать - отдельные станции в глубине боевых порядков еще могли осуществлять проводку целей, но обмен информацией у сирийцев был поставлен крайне плохо. С момента обнаружения цели до момента поступления информации на наземный КП могло пройти 5-10 минут, как правило к тому моменту такая информация становилась немного неактуальной - как правило в тот момент израильтяне уже успевали отбомбиться и были на пути домой.

В общем, имевшиеся на руках у сирийцев средства были просто не в состоянии “держать удар” помех такой мощности - если авиационные средства РЭП еще худо-бедно можно было “переварить”, то наземные станции на Голанах были просто ультимативным оружием.

В тот момент, когда сирийские РЛС и СУРН батарей ЗРК были подавлены помехами, к ним уже летела вторая волна израильских ударных самолетов, в основном “Фантомов” 107-й и 201-й эскадрилий. Они несли два основных типа вооружения - противорадарные ракеты AGM-78 «Стандард-АРМ» (они же “Эргоф Саголь” или Purple fist) и управляемые бомбы AGM-62 “Walleye” (возможно GBU-8 HOBOS). И те и другие - существенно доработанные в Израиле. Первые были выпущены приблизительно с 32 километров, вторые - где-то с 28 из расчета 4 бомбы на батарею. С учетом того, что каждая бомба с учетом доработок стоила астрономический по тем временам миллион долларов - получалось очень недешево. Кроме них, израильтяне использовали “локальную” фишку - ПРР наземного базирования “Кахлилит” и “Керес” - по-сути те - же “Шрайки” и “Стандарты” c телевизионной ГСН, переделанные под наземную ПУ. С “Кахлилитами” вообще получилось забавно - по-сути к “Шрайку” добавили “первую ступень” для увеличения дальности и поставили на шасси старого-доброго Шермана, которых в Израиле было навалом. В общем, голь на выдумки хитра.

1 из 3

1.Момент попадания по сирийскому ЗРК 2. пуск ракеты «Керес». 3.Уничтоженный СНР-125, станция наведения ракет

К авиационным боеприпасам добавляются корректируемые артеллерийские, которыми выбивают дивизионы, находящиеся южнее, ближе к Голанам. Сказывается КРАЙНЕ специфический ТВД - в Европе такое, скорее всего, не прокатило бы.

Во время налета случилось несколько достаточно смешных эпизодов - например, один из “Фантомов” 201-й эскадрильи, внезапно обнаружив перед собой пусковую “Квадрата” и не успевая применить управляемое оружие, использовал пушку - вроде бы как успешно.

Целеуказание для них давали беспилотники, в количестве висевшие над Бекаа. Их важность сирийцы и советники поняли только после войны - почти сразу поступила команда уничтожать любые подобные цели.

БПЛА «Скаут», музей ВВС Израиля в Хацерим

Сирийские расчеты были в панике - они не понимали, как и откуда к ним прилетают ракеты, тем более - с такой удивительной точностью - советники как-то писали (со слов сирийцев), что израильтяне ухитрялись попадать не просто в отдельно стоящую технику, а в открытые люки.
Приблизительно в 14:10-14:20 централизованное управление группой ПВО “Феда” было утрачено вместе с большей частью самой группы. Ослепленные дивизионы добивали кассетными бомбами и боеприпасами объемного взрыва “Скайхоки”, “Фантомы”, “Кфиры” и F-16.

Задачей израильтян было именно физически уничтожить всё - пусковые, СУРН, командные пункты дивизионов и бригад. В этот момент можно смело сказать, что из SEAD (подавление ПВО) операция превратилась в DEAD (уничтожение ПВО). В это время сирийцы начали понимать, что что-то идет не так. После победных реляций первых минут связь прервалась. С командных пунктов бригад судорожно пытались достучаться до КП дивизионов и батарей. Безуспешно. Скоро не стало и самих КП бригад. Началась паника. Некоторые командиры дивизионов, четко осознавая, что происходит - выключили радары и попытались спрятаться, некоторые из них уцелели. Некоторые попытались перейти на оптический канал наведения - безуспешно. Некоторые пытались вести "заградительный" огонь - их останки нашли в конце дня.

Приблизительно в 14:15 сирийцы поднимают первые самолеты - ранее сознательно выведенные из воздушного пространства над Бекаа во избежание дружеского огня. Сирийское командование судорожно кидает все имеющиеся в наличии силы для спасения “Феды”. Сирийцы вступают в бой сразу, по мере взлета, как правило - парами, с достаточно фантасмагорической задачей - “прикрытие ЗРК путем дежурства в воздухе”. Блин, с тем же эффектом можно дежурить в бассейне с акулами. В этот момент “Арцав-19” приостанавливается - имеющиеся самолеты уводят или назад на аэродромы, или в зону ожидания над средиземным морем. Место ударников занимают F-15 и F-16, барражирующие в слепой для сирийцев зоне между горными хребтами. Начинается бойня - израильтяне спокойно наводят на полуслепые пары МиГ-21 и МиГ-23 перехватчики и последовательно их сбивают. Не то, чтобы всех - но 20-30% потерь за вылет - это уже близко к катастрофе. Часто высокую эффективность израильских истребителей объясняют использованием самолетов ДРЛО “Хокай”. Это отчасти верно, хотя их часто переоценивают - на фоне подстилающей поверхности, особенно гор, они были весьма умеренно эффективС

Приблизительно в 14:50 сирийцы заканчивают отправлять самолеты. Те из ударников 3-й группы, у которых оставалось достаточно топлива (в основном это были “Скайхоки”) - отправляются в Бекаа. Внезапно большинство из них узнает, что первоначальные полученные им цели больше не актуальны - потому что перестали существовать. “Скайхоки”, “Кфиры” и F-16 направляют атаковать позиции ствольной ПВО, танковых дивизий, колонны снабжения. Ударные самолеты заходят с 2 направлений - со стороны Голан и Средиземного моря.

Вообще, здесь наилучшим образом показали себя “Скайхоки”. Они имели одно ключевое преимущество - возможность висеть в воздухе достаточно долго, в отличие от “Кфиров”, особенно - летавших из Эйлата. С последними была проблема - топлива у них едва-едва хватало на полет до цели, обратно и пару заходов.

“Скайхоки” же могли висеть над целью до часа - бесценное качество, особенно во второй половине операции, когда всякое планирование уже бессмысленно. Эти машины составляли треть ударной мощи Израиля. Хотя непосредственно в атаках на ЗРК они практически не принимали участие, но их роль в обеспечении действий “Фантомов” переоценить сложно - это постановка помех, запуск летающих мишеней, удары по батареям ствольной ЗА, и так далее …

Нельзя сказать, что это было просто - сирийцы стреляли из всего, что могли стрелять. Летавшие в Бекаа описывают, что вся долина была затянута практически пеленой, морем зенитного огня. Как только они начинали заходить на цель - огонь становился ураганным. По-этому работать приходилось со средних высот и из пикирования - попытка спуститься ниже неизбежно привела бы к потерям самолетов. Будь ЗРК в порядке - израильтяне неизбежно понесли бы потери.

К 17:00 операция завершается, последние самолеты возвращаются домой. Дело сделано. Из 19 дивизионов ЗРК уничтожено 17, еще 4 вышло из строя. “Феда” перестала существовать. Еще порядка 18-22 сирийских самолетов сбито над Бекаа (+5-7 утром).
Сирийцы деморализованы и паникуют. План “Б” на случай массированного удара по батареям у них отсутствовал - и они, и советники по какой-то причине продолжали жить в 73-м году.

Успех операции предопределило сочетание новых технических средств (зачастую - американских, существенно доработанных “напильников”) и новых тактик - средства РЭП, “Маверики”, “Хобосы” и “Хокаи” у американцев были. А вот возможности управлять авиацией “в реальном времени”, перераспределять звенья по дороге к цели - нет. Для Америки комэск F-15, занимающийся в воздухе обработкой сообщений от “Хокая” и самостоятельно распределяющий задачи для себя и братских эскадрилий - нонсенс. Для израильтян - это стало нормой жизни.

Итак, “Феда” пала. Сирийцы отправились зализывать раны - и думать, что в сложившейся ситуации делать. Надежды на новый “зонтик ПВО” не было - было очевидно, что израильтяне размолотят любое ПВО вне зависимости от его состава. Правда, 5 дивизионов “Квадратов” в Бекаа все-же ввели - “Фантомы” добили их утром следующего дня тем же способом, что и в предыдущий день - спровоцировали на излучение - подавили - выбили радары - добили кассетными бомбами. После этого сирийцы вывели уцелевшие комплексы из Ливана и больше не рисковали ими.

__________________________________________________________________________________________

Артем Наливайко

https://vk.com/@2676363-bekaa-82-chast-1

https://vk.com/@2676363-bekaa-82-chast-2